Дахаб Синай Египет 

 
Дахабские тексты » По рекам Синая


 [ 24.11.2009 ]
Ну, вроде это... вступление

Нет, не буду спорить, название вышло дурацкое, любой школьник, окончивший школу до 1985 года, без труда вспомнит, что никаких собственно рек на Синае нет. Но и перед более юными согражданами неудобно - одни не знают, есть ли там реки, другие - где это... Синай. Для вторых поясняю - примерно там, где Шарм-Эль-Шейх, от него некоторое время на север всю дорогу будет как раз Синай. Не исключено, что не все знают, что такое север (не там где по вечному льду бродят седые от рождения медведи, а просто сторона света), как бы объяснить, ну это куда потом домой самолет летит. А поскольку там, на севере, в нашем рассказе будет пустыня, то получается вообще какая-то странность. Пусть так. А про самолеты мы еще потом поговорим. Хотя всякое путешествие в этих местах для нас, дорогих во всех смыслах россиян, для которых и самый-самый север Синая - это страшно далекий юг, для нас все начинается именно с самолета. Какого? Это уж как повезло, особенностями перелета интересуйтесь у туроператоров и агентств. Но на чем бы мы не летели, как бы много не купили в дьюти-фри алкоголя, как бы старательно его не пили вопреки всем запретам на борту, рано или поздно вы выходите на прогретый южным солнцем бетон аэропорта Шарма и все - метаться поздно - вы таки на Синае.

 

Как вас встречают

Начинаю замечать, что рассказ поневоле приобретает давно забытые черты детской книжки, кажется Бориса Житкова,  « Где я был, что я видел». А куда денешься, все приличные жанры расхватали более расторопные предшественники. Так вот, встречают вас по традиции... никак. Точнее совсем никак при совмещении времени прилета с московским пониманием что такое «вовремя». Я как-то забыл сказать, что кроме билетов у вас на руках есть только ... да ничего у вас нет, начинайте этому радоваться, хотя после дома кажется, что рассаживающимся по туристическим автобусам суетливым турваучерным соотечественникам повезло в жизни больше. Их сбивают в плотные стайки представители местных компаний и увозят на переработку, а вы остаетесь в аэропорту дочитывать купленную в полет безумную книжку Поланика.

Это не должно вас волновать, потому что скоро все пройдет.

В самом близком времени вы рискуете навсегда быть потеряны для туриндустрии. Нет, естественно, вы еще звоните встречающим товарищам, вам радостно сообщают, что про вас как минимум не забыли и уже начали собираться выезжать, вы дуетесь, как ребенок, которого лишают сладкого и, изображая собой классическую композицию «Мышь и крупа», периодически нервно пишете злые, из столицы привезенные СМСки. Да пишите, не жалко. Все будет, когда будет, не раньше, это же почти Африка. И вот это «нераньше» настает. Все, засекайте ровно пять минут, нужно дойти до машины, задать сакраментальный вопрос « Есть чо?», выехать за первый пост и... все, вы уже сидите, задумчиво улыбаясь разворачивающейся пустыне за окном, точите финики, кидаете косточки в окошко, и машина везет вас в это самое странное место ... в пустыню на север.

Вы приехали.

 

 

Предпустыня

Нет, ну а как мне прикажете назвать то место, где уже ничего не растет, но в котором еще есть дороги и города и по которому вы довольно долго едете на всяком автомобильном транспорте. Что правда не напрягает. Ни микроавтобус, который привез вас в маленький городок в сторону Синайского канала по асфальту, ни японский джип, в открытом кузове которого вы поедете дальше, сидя на своих вещах и еде. Даже есть время поесть баранины и походить бесцельно по смешному в своей яркости и грязи местному рынку. Даже фиников купить. Про финики вообще нужно сказать отдельно - я давно подозреваю, что это пока неизвестный, малоизученный слабый наркотик. Потому что, однократно привыкнув к ним, начинаешь испытывать непреодолимую тягу. Так что не ходите дети, в Африку гулять. И особенно берегитесь фиников. Да, есть и хорошие новости. Рано или поздно все дороги заканчиваются, причем некоторые к вашему прямо таки громадному удовольствию. А как прикажешь испытывать удовольствие от, мягко говоря, скоростной езды по, мягко говоря, проселочной дороге, если твоя попа выше борта кузова машины. (Говоря начистоту, автор этих строк боялся сидя в кабине, ему, до некоторой степени, не повезло даже больше - он видел спидометр). Но рано или поздно сказывается любая сказка и заканчивается любая грунтовка, мы все вываливаем под сомнительную тень местной акации и начинаем заниматься тем, что составит наше основное занятие на ближайшие несколько дней - ничем.

 

Первая пустыня - чужой среди чужих

В жизни любого человека организм изредка напоминает о себе. Ну, там, когда болеет, например. Но хотите познакомиться ближе - добро пожаловать в пустыню. Пока вы еще ехали, у него была призрачная надежда, что все происходящее временно, но стоит добраться до места, сеть на верблюда и начать ехать, до него доходит. Доходит, что поменяно просто все - влажность, температура, солнечная активность, еда, режим жизни, и еще, видимо, чтобы ему было проще адаптироваться - КАЧАЕТ!!!! Все время!!!! Хотя до «качает» еще нужно дождаться. Потому как изначально ваше занятие более всего напоминает автостоп. Точнее кэмелстоп. Ведь машины дальше не ездят. Зато верблюдопоток в обе стороны довольно плотный. Но следующие с тобой бедуины говорят, что нам подойдут не любые, а только специальные верблюды. И типа «ждемс». В этот момент, и еще наверно с полдня после, это занятие для тебя еще отличается от прочих, и ты задаешь обычные, с севера привезенные вопросы - «А скоро мы поедем?», «А где наши верблюды?», «А сколько мы взяли воды?», «А можно мне не садиться на белого - он какой-то недобрый?», «А чего мы здесь остановились?».

Не волнуйся, это скоро пройдет. Здесь все проходит. Здесь или примерно здесь про «все проходит» и осознанно.

Ты вообще в правильном месте.

 

Нижние животные

Почему нижние? Потому что скоро будут верхние, они пока не дозрели, скоро прибудут, а пока про нижних успеем поговорить. Собственно это верблюды. Потрясающие животные со склонностью к неформальному лидерству и пространственному креативу. Мой, например, (естественно это был именно белый) все время не искал легких путей, из-за чего регулярно получал от сопровождающих бедуинов по своей верблюжьей попе. Я в первый день не умел пользоваться ПУВ, поэтому ехал туда, куда он шел. Мне впрочем, было все равно. Да, ПУВ - это палка управления верблюдом. Лучшая ПУВ получается из куска тонкого полиэтиленового шланга длиной примерно в метр. Функции традиционные - STOP, PLAY,  ускорение перемотки Синая. Есть еще сесть-встать, но это уже преимущественно голосовые команды. У верблюда на груди есть специальное парковочное место - никто этого факта не увидит в зоопарке, а тут как-то сразу.

Вообще, для меня громадная загадка, как маленькие, слабые бедуины тысячи лет назад уболтали слушать себя это большое, красивое, сильное и совершенно не зависящее от них животное. Потому как воду и еду они находят сами - да и еда эта.... вы видели когда-нибудь колючку их имени - это же куст колючей проволоки с шипами, которые при неосторожном наступании протыкают сразу все, что находят в ноге, а эти ничего, едят и кажется с удовольствием - за верблюжьи уши не оттащишь. И еще на них все время что-то возят. Мало того, что нас - так еще кучу каких-то грузов, причем, кажется, часть из них к нашей цели путешествия не имела ни малейшего отношения. Мы же всю дорогу обсуждали, как бы украсить наших верблюдов и превратить путешествие на них в полное комфорта и эстетической отрады. И если в рубрике «комфорт» числились преимущественно техногенные девайсы - солнечные батареи на попу, спутниковые антенны, столики для ноута и титановые солнцезащитные навесы, то главный приз по эстетике однозначно выиграло Димкино предложение установить между ушей автомобильно-дебильную собачку с вечно качающейся головой.

 

Верхние животные

Это собственно вы.

Быт верхних животных только чуть разнообразнее, чем нижних. Потому что о них заботятся ЛЮДИ. Например, остановились верблюды, сели - нужно идти в тень на подстилку. Послышались шаги - чай. Еще шаги - еда. Какая? Разная - просто еда , люди сами знают, что нужно верхним животным, чтобы благополучно переместиться из точки А в точку Б.

Мы об том не думаем. Это здесь вообще проходит.

Забегая вперед, скажу, что после половины первого дня следующий проблеск свободы воли проступил на утро дня пятого, уже в Голубой Лагуне, когда Ден пошел рано утром сам ставить чайник. Сложно понять, но это состояние полной потери себя как личности, самостоятельно управляющей своей судьбой, состояние, которое после возраста трех лет от роду в нормальных семьях нас не посещает - так вот, оно удивительно комфортное.

Исчезают целые пласты мозговой деятельности - тревожиться, скучно, развлекаться, заботиться, думать о завтрашнем дне.

Мы сознательно и с удовольствием играем в животных, чувствуя свое явное в них превращение. Люди тоже в них с нами играют - мы очень ценные животные - хотя за нами нужен тщательный уход, зато мы доимся прямо деньгами, что очень удобно.  В общем, все рады. По ночам, как правило, между переменами незамысловатых ужинных блюд, мы лежим лицом к ночному небу на расстеленных посреди дороги бедуинских коврах (не под деревьями и не у гор) и изучаем звездное небо. И снующие туда-сюда самолеты не дают нам впасть в слишком уж животное состояние. Всех почему-то невероятно интересует вопрос, куда они летят - в Шарм, или уже назад? Их уже нужно жалеть? А если назад - к нам или в Европу? Приходится искать Большую медведицу, от нее Северную Полярную звезду и так находить север. И тогда, а процедура со всеми обсуждениями занимает немало времени, самолеты могут начинать украшать небо уже со смыслом. На основании последней фразы может сложиться ложное впечатление, что синайское небо нужно чем-то украшать. Это не так. Настолько не так, что между десятками, наверное, тысяч относительно ярких звезд там иногда видишь прямо таки мириады более мелких, о существовании которых до этого даже не догадывался.

Видишь. Иногда.

 

Бедуины - они же люди

У нас как-то выходит все время цитаты - то более, то менее явные. Так вот « Говоришь бедуины - подразумеваешь ЛЮДИ...». ЛЮДИ знают куда идти. Они знают, где взять воду. Они находят дрова для костра. Они пекут хлеб и готовят еду. Они ловят козу и ... «Сфотографируйтесь с козой на память, через полчаса будем ее кушать». У них есть знакомые с ружьем, они идут с нами немного, с полдня, и нам за хорошее поведение, и отменный аппетит дают немного пострелять. Ружье, судя по звездам и надписям, когда-то прилетело одним с нами маршрутом, хотя, судя по его возрасту, явно не на чартере. Патроны, похоже, китайские - срабатывают через один, вызывая стойкую ассоциацию со вторым «Братом».

Эти ЛЮДИ почти не заметят, если кончится в мире нефть. Их землям не грозит перенаселение. Они, наверно, получат всю землю тогда, когда жить на ней остальным станет совсем невмоготу. А еще у них, у ЛЮДЕЙ нет в нашем понимании старости. В том понимании, когда старость - это ты больше никому не нужен и ничем не занят. Тут все совсем не так. Тебя все больше уважают, занят ты, чем всегда - идешь за верблюдом днем, седлаешь утром, расседлываешь вечером. Ты начал этим заниматься лет в пять и, хотя где-то в промежутке на двадцать-тридцать лет отвлекался немного на жену и детей, сейчас снова идешь следом. И знаешь куда. Занятно, правда, то, что куда - это не самоцель.

И в этом смысле рассуждения о свободе воли и целях общества вообще приобретают отчетливо сюрреалистический характер. У нас, например, было классическое путешествие «а-ля бедуин». То есть начали не оттуда, пришли не туда, куда собирались и все очень довольны.

 

По рекам Синая

Все же есть, видимо необходимость объясниться - что с реками то? Да ничего - реки как реки, на первый взгляд мертвые, они образуют в Синайских горах сложную сеть верблюжьих проспектов: «Бедуин стрит», «Канаби стрит», «Моисей авеню», «Синсельхоз сквеа». Мы упражняемся в придумывании названий, а тропа ветвится, разделяется много раз и отсутствием указателей и светофоров напоминает Каир. Почему мертвые на первый взгляд? Потому что никто тут не умирал, как собственно никогда и не жил толком. Реки Синая, куда бы они ни текли, делают это нечасто, недолго и никогда не дотекают до цели. А в остальное время спят. А целей у них может быть много, потому что одни текут, но не дотекают к морю, другие во внутренние долины, а нескольким особо повезло - они к монастырю св. Екатерины. Так что мы всю дорогу ездили почти исключительно по спящим рекам. Почти - это перевалы. Надо сказать, что на первом же перевале голову посетила занятная мысль - а ведь перевал - это место, где дождевая вода имеет свободу воли.

Ну, может сама выбрать, куда течь. Редкая, если разобраться, в жизни воды возможность.

 

Синсельхоз

Ну, про это нужно наверно отдельно. Синсельхоз - Синайское сельское хозяйство (название придумано нами), заслуживает пары отдельных слов. Надо наверно напомнить, что в пустыне все растет довольно плохо, и может, поэтому как-то так исторически сложилось, что бедуины не очень любят что-то выращивать. Нет, неправдой было бы сказать, чтобы они совсем ничего не выращивают, но просто их собственные успехи на этом поприще проходят по статистике совсем не сельскохозяйственных ведомств. А мы сейчас о другом.

Дело в том, что в мире существуют некие загадочные международные организации, которые очень любят за большие, международные же деньги, развивать неразвиваемое. И одним, как я понял модных направлений - это развитие сельского хозяйства в пустынях. Такие же программы есть, например, на Сокотре, в Йемене, но там они интересны еще тем, что островитяне не очень любят кушать выращенную ими продукцию и все норовят еще попросить отдельных денег за выращивание. Так и здесь - по всей пустыне разбросаны периодически встречающиеся клочки неких Синайских садов, огороженных заборами и с красивыми международными табличками рядом. Как это прикажете называть? Явный Синсельхоз.

 

Дорожные бонусы

Надо сказать, что наши провожатые всеми силами старались разнообразить программу пребывания, но поскольку мы были в пустыне, то, во-первых, развлечения были тоже пустынные, а во-вторых о том, что начался очередной бонус, ты узнавал уже участвуя в нем.  Например, на второй день мы долго лазили по горам в поисках должной где-то здесь быть (ну, направо от трех пальм и в горы, в горы...) то ли пещеры, то ли древней шахты. Найти не нашли, но услышали потрясающее объяснение - видимо сегодня она закрылась. Ага, на переучет. И что - расстройство? Ни в малейшей степени, искать тоже здорово, хотя найти все же захотелось, ни на каких картах в этом месте нет никаких исследованных древностей.  В другой раз, уже путешествуя снова на джипе, вы вдруг, опять без всяких объяснений, сворачиваете с дороги и едете в пустыню. И приезжаете в небольшой узкий каньон, про который разговоров даже не было, но который настолько красивый и странный, что ты долго бродишь, не в силах поверить, что все это появилось само, и буквально растворяясь в бесчисленных каменных кружевах. В этих горах понимаешь, что многие достижения древних цивилизаций просто слизаны у природы. Мостовые, каменные стены, бетон, резьба по камню - это еще как то понятно. Но когда ты натыкаешься на целую долину пирамид в песчаной пустыне, то только через какое-то время можешь себя заставить поверить, что к строительству их человек не приложил никаких усилий (а в широком ассортименте в продаже имеются на любой вкус - на конус и ступеньками, одинокие и стоящие в линию группами разного размера, даже маленькие рядом с большими.) В общем, в защите авторских прав пустыня нуждается уже много тысяч лет. Интересно выглядел бы международный иск строителям пирамид - «Ответчик на судебное заседание опять не явился...»

 

Все когда-то заканчивается

Именно так. Именно все. И именно когда-то. В этой пустыне вообще особенно принято упирать именно на вторую часть. Традиция такова, что здесь рекорды ставятся наоборот. Потому что пересечь Синай с Западного побережья до восточного у нас вышло меньше чем за неделю. А зафиксированный рекорд, как известно, сорок лет. Желтую майку лидера Моисей не снимает уже более трех тысяч лет и до сих пор понять, как достигнут рекорд на полуострове, самый длинный путь по которому (через Шарм Эль Шейх) из Египта в Израиль пешком не превышает двух недель, не может никто из современных спортсменов. Вот и мы не смогли. И приехали в Голубую Лагуну. Если вам кажется, что это очень тихое, безлюдное и дикое место - попробуйте придти в него из пустыни, сравним впечатления. И вообще все сравним. Потому что у всех участников нашего пути, притом, что мы живем в разных городах и странах, вот уже месяц совершенно одинаковые клинически зафиксированные симптомы - пропавшая тревожность и состояние странного, ровного, неистеричного счастья.

Чего и вам желаю.

 

Вместо послесловия

Перед отлетом я имел неосторожность сказать, что вот, мол, как много всего в пять дней уложилось. И услышал ответ. Примерно такой: « Да нет, вот если бы ты приехал хотя бы дней на десять - тогда бы и на гору Моисея слазили рассвет встретить, и в монастыре св. Екатерины переночевали, и половили бы ночью кальмаров и главное - сразу при выходе из пустыни можно устроить дайвинг, из среды в среду.»

Вы подумали, что я расстроился?

Тогда вам пора в пустыню....

 

Кирилл Нестеров, Синай, апрель 2008

Не все походные фотографии здесь.

 

Еще тексты Кирилла Нестерова:

"Просто видеть" (об о. Сокотра)

"И приходит этот день" (статья на e-xecutive.ru)

"Полчаса до счастья" (статья на e-xecutive.ru)